Прометей. Тьма веков одиночества

Не ожидал Прометей такого быстрого отклика на свои слова. Словно падающая звезда прочертила небо — это перед ним предстал Гермес, непривычно серьезный и даже грозный. От имени Зевса посланец богов потребовал, чтобы титан открыл только ему известную тайну: какой срок отмерен судьбой властителю-громовержцу? Кого ему следует опасаться? И еще — как спастись Зевсу от предначертанного? Он грозил Прометею еще большими карами, если тот не откроет тайну.
— Никогда! Лучше мне навсегда остаться прикованным к этой скале, чем покориться тирану! Не узнает Зевс от меня, кто лишит его власти и как избежать ему своего краха!
— Ты думаешь, что до конца испил чашу страданий? — грозно сверкнул очами Гермес. — Но это только начало, если не исполнишь волю Зевса. Одним ударом молнии он низвергнет эту скалу вместе с тобою в мрачную бездну, где без луча света ты будешь томиться и страдать много веков. Но и затем тебя, вернувшегося на свет божий, ждут каждодневные муки, какие неспособно представить ничье воображение.
И тут же почерневшее небо пронзила молния, горы задрожали от удара грома, разверзлась земля, с грохотом поглотив скалу с прикованным Прометеем.
Через много веков Зевс вернул скалу на место. И снова Прометея хлестали дожди, сковывал мороз и жгло немилосердное солнце. Но еще большую муку ниспослал ему Зевс. Каждое утро прилетал к скале могучий орел и выклевывал печень Прометея. За ночь печень заново вырастала. А утром кровавая трапеза орла повторялась. Изнемогал от телесных мук титан, но дух его был непоколебим.
Многое изменилось в мире за это время. Зевс помирился с другими титанами, освободив их из мрачного Тартара. Переменился он и к людям: стал их покровителем, стражем правды и закона среди них. Заглохла его жгучая ненависть к гордому Прометею. Лишь пророчество провидца, упорно скрываемая им тайна будущего тревожила громовержца. Даже речи пришедшей к нему матери Прометея, богини правосудия Фемиды, молившей сжалиться над нею, безмерно страдающей при виде мук сына, не заставили Прометея разомкнуть уста.
Но уже родился и вырос великий герой, которому было суждено освободить Прометея. То был сын Зевса и смертной женщины — мужественный Геракл. Он прославился силой и справедливостью. Ему богами было предначертано свершить двенадцать подвигов.
Во время своих странствий Геракл оказался вблизи Кавказских гор, где томился Прометей. Сердце юноши преисполнилось сострадания при виде мучений титана. И когда в небе появился орел, летевший на очередной кровавый пир, Геракл поднял свой лук и, призвав на помощь стреловержца Аполлона, отпустил тетиву. Меткая стрела пронзила грудь птицы. Камнем рухнул убитый орел в море у подножия скалы.
И тут перед Прометеем вновь предстал быстроногий Гермес. Однако ни обликом, ни речами он не был похож на прежнего. Не было на сей раз ни угроз, ни злобы и ненависти. Мягко и уважительно передал посланец богов просьбу Зевса не противиться более, открыть страшную тайну взамен на его полное освобождение, которого желают и ждут все на Олимпе. И дрогнуло от непривычного обращения сердце титана.
— Пусть остережется Зевс жениться на морской богине Фетиде, — промолвил он, — ибо по жребию вещих мойр, богинь судьбы, родится у них сын, который станет сильнее и могущественнее своего отца, и не пощадит он родителя, кем бы тот ни был.
И тут же Геракл вырвал из груди Прометея железное жало.
Но прежде чем уйти с этого проклятого места, Прометей поднял с земли одно звено рассыпавшейся цепи. С тех пор он постоянно носил на руке железное кольцо со вставленным в него кусочком скалы, на которой так долго мучился.